Часть 4
Далее — восточнее, между Войсковым садом и Карасуном, находилась тюрьма (острог), огороженная длинными деревянными кольями (палями) и за этою высокою оградою было несколько одноэтажных тюремных бараков. Впоследствии, с постройкою тюрьмы за городом, деревянная огорожа была снесена, а в бараках этих были размещены сотни полка, стоявшего в Екатеринодаре. На моей памяти, там стоял Таманский полк, а когда он ушел в турецкую войну 1877-78гг., пришел Урупский полк, который был сменен Екатеринодарским.Городские улицы, и даже Красная, в то время не были вымощены и потому езда по ним не была приятною: летом большие ухабы и поднимались облака пыли, а осенью и зимой, если не было мороза — непролазная грязь, о которой ходил анекдот, будто бы в екатеринодарской грязи утонул казак, ехавший с пикою верхом на лошади, и конец пики потом долго торчал среди улицы. Грязь на улицах Екатеринодара была действительно ужасающая. Жители соседних станиц избегали осенью и зимой ездить в город, а если было необходимо, то ездили на быках, причем запрягали две пары, как в плуг.В клуб (Войсковое собрание) офицеры ходили пешком, или верхом на лошади, а дамы в экипажах, запряженных одной или двумя парами быков.Тротуары из досок были только на Красной и соседних с нею улицах, а на окраинах никаких тротуаров не было.Для стока дождевой и талой воды, по сторонам улицы, у заборов были вырыты канавы, которые углублялись по мере приближения к Кубани и Карасуну. Через эти канавы, против каждых ворот и калиток были переброшены жидкие мостики.Уличного освещения почти не было; на Красной и соседних с нею улицах зажигались тусклые фонари, стоявшие по одному на перекрестках — значит на расстоянии квартала один от другого, поэтому хождение по улицам вечером и ночью было весьма затруднительно и небезопасно. Приходилось идти или ощупью, нащупывая путь палочкою, как слепые ходят днем, или освещать путь ручным фонарем. Этот последний способ имел большое применение и почти в каждом доме имелся ручной фонарь.В настоящее время Екатеринодар омывается с южной и западною сторон рекою Кубанью, протекающей на юге в довольно значительном расстоянии от города. В старое же время, с востока от города находилась речка Карасун, которая питалась водою Кубани недалеко от станицы Пашковской. Собственно Карасун и тогда был не речкою, а длинным прудом. Впоследствии, в конце 90-х и в начале 1900-х годов, Карасун был засыпан и на его месте были разбиты и проданы частным лицам планы под усадьбы. Между прочим, на месте бывшего Карасуна, теперь находится станция городского трамвая, паровая мельница Паласова, дома Акулова, Курбатова, Поночевного, садовое заведение Шика и др.Прежде же это была многоводная и довольно широкая река, местами, по берегам, заросшая камышом. На Карасуне летом купались, там были построены купальни, катались на лодках, а зимою происходило катанье на коньках.За Карасуном, на теперешней территории железной дороги, находилась густая дубовая роща — Дубинка. Там летом устраивались шашлычные, временами происходили народные гуляния. Переправлялись через речку на лодках, а одно время там существовал паром.Учебных заведений в то время в Екатеринодаре было не много: из средних — были Войсковая гимназия и женский институт. Гимназия, еще за моею памятью, была переведена в Ейск, после того как здание ее в Екатеринодаре сгорело, а другого, подходящего, не нашлось.Мариинский институт помещался в здании, в котором в последнее время находилась учительская семинария. Школы низшего ранга были: Духовное училище (на углу Графской и Котляревской улиц) и Уездное на Красной улице. Низшие школы: Приходское училище — где потом был городской банк и Дмитриевское училище. В годы моего раннего детства, в Екатеринодаре были церкви: Войсковой собор, Дмитриевская церковь и церковь Екатерининская, вместо которой впоследствии, был построен Екатерининский собор.
Продолжение следует…
