На юго-восточной стороне распоряжался начальник кордонов между станицами Васюринской и Корсунской, полковник Зенченко. Стоявшее там орудие конной № 10 батареи скоро замолчало, подавленное многочисленным неприятелем; уже несколько десятков горцев ворвались в селение и стали выгонять скот из загонов, как вдруг вдали показались 4-я гренадерская и 10-я мушкетерская роты Тенгинского полка, которые под командой майора Маслова, спешили на помощь казакам. Полковник Зенченко сделал отчаянное усилие: сам бросился в самый пыл боя, убил трех горцев и своим мужеством ободрил измученную боем команду. Одновременно тенгинцы дружно ударили в штыки и окончательно вырвали победу из рук неприятеля.
С этой минуты перевес был на нашей стороне. Горцы были выбиты, но не хотели еще признать себя побежденными и окружали полуразрушенную и пылающую станицу. Они несколько раз снова пытались сломить оборону; но защитники, число которых не превышало семисот человек, успели отбить эти атаки. Наконец один за другим стали прибывать с дальних кордонов отряды, поднятые тревогой по линии. Первым после тенгицев явился с 150-ю казаками войсковой старшина Шпилевой. Он ударил с тыла на конных горцев и отбросил их от восточной части станицы. Тогда перешли в наступление сами осажденные и стали гнать за Кубань оторопевшего неприятеля. Горцы, отстреливаясь и подбирая раненых и убитых, спешили укрыться в лесу.
Только к развязке дела подоспел генерал Засс, прискакавший на выстрелы из Усть-Лабинской крепости. Вместе с полковником Зенченко он преследовал неприятеля далеко за Кубань, вплоть до аула корнета Пшемафа Дезкозиоко и, не найдя там жителей, приказал сжечь аул.
В этом сражении мы потеряли убитыми: одного офицера и 31 нижнего чина (в том числе убит Тенгинского полка один унтер-офицер и два рядовых) и ранеными: одного офицера и 48 нижних чинов (Тенгинского полка ранено 5 человек). Кроме того, убито из васюринских жителей 11 мужчин и 13 женщин, ранено 9 мужчин и 4 женщины и 30 женщин и детей попали в плен. Горцы потеряли более 500 человек.
Генерал-лейтенант Завадовский с чрезвычайною похвалой отзывался о мужестве и распорядительности полковника Зенченко, войсковых старшин Ярошенко и Шпилевого, майора Тенгинского полка Маслова и поручика Скачевского.
Продолжение следует…
